Городская думаИсполнительный комитет

 

Александр Шадрин: «10 тыс. долларов за картину? Вы что, это же автомобиль!»

Известный казанский график и живописец рассказал о востребованности художника и современных Остапах Бендерах.
Опубликовано: 31.08.2012 17:58
 
Александр Шадрин: «10 тыс. долларов за картину? Вы что, это же автомобиль!»
(KZN.RU, 31 августа, Алиса Розанова). В рамках IV международного этнического фестиваля «Крутушка» на территории лагеря «Байтик», где проходил фестиваль, выставлялись работы этнической тематики известного казанского графика и живописца, члена Союза художников Татарстана и России Александра Шадрина.

Об умных и глупых художниках, новых передвижниках и ценности искусства в Татарстане вела с художником беседу журналист KZN.RU.

ЦЕННЫЙ ОПЫТ – ПОВАРИТЬСЯ В АУТЕНТИЧНОЙ КУЛЬТУРЕ

Александр, этнотематика появилась в вашей живописи недавно? Как это произошло?

А.Ш.: Представленные здесь картины написаны в последние 2-3 года. Интерес пришел с возрастом. Мне интересна аутентичная народная культура и различные ее переплетения - татарские, чувашские, русские, башкирские, удмурдские. Пришло понимание, что в условиях глобализации, когда все культуры сливаются в одну, «попсовую», навязываемую СМИ, это важно.

Как-то в гости приезжала американка и попросила: «Покажите мне что-нибудь ваше, аутентичное». Ну, треугольниками накормили. Сложно показать настоящую народную культуру, но я ее понимаю: если я еду в Африку, мне хочется посмотреть местное искусство, а не китайских абстракционистов, которые одинаковые везде – и в Европе, и в Азии.

Сложно находить натуру, аутентичный реквизит для таких сюжетов?

А.Ш.: Часть работ созданы в удмурдском этнографическом музее-заповеднике «Лудорвай», где собраны шедевры удмурдской архитектуры, реконструирован быт конца XIX, начала XX века. Идея не новая, недалеко от Перми есть музей деревянного зодчества «Хохловка». Но если в «Хохловке» или в Суздале все приколочено – за ве

ревочку не зайдешь, то здесь нет таких ограничений, «Лудорвай» - живой музей. Когда ты попадаешь туда, то целиком погружаешься в эту среду: народные костюмы, удмурдская речь и песни, традиционная пища, там обитают лошади, домашние животные, - он максимально достоверен. Для художника «повариться в этом» - ценный опыт.

ТЕ, КОМУ ПЛЕВАТЬ НА ОБЩЕСТВЕННОЕ ПРИЗНАНИЕ, ЛУКАВЯТ

Как в вашем творчестве взаимодействуют два таких отличных друг от друга направления, как графика и живопись? Какое из них вам ближе?

А.Ш.: Это действительно два абсолютно не пересекающихся творческих начала, и они оба мне близки.

А как вы пришли к профессии художника?

А.Ш.: После первого курса отделения современной живописи факультета искусств Удмуртского государственного университета меня забрали служить в армию, и я 3 года провел на флоте в Североморске Мурманской области. Однажды я шел и увидел большие, двухэтажные мансардные окна – там жил художник Анатолий Александрович Сергиенко. Я зашел, познакомился, и с тех пор считаю его своим учителем.

Главное, что он мне дал – понимание, что в искусстве нет правил. Оно существует для того, чтобы получать от него удовольствие, экспериментировать, делать то, что ты хочешь. Искусство – некая свобода в социуме, но за нее нужно платить. Очень хорошо, если художник востребован, его картины покупают, но чаще художник платит за свободу отсутствием денег.

Насколько вам важна востребованность, известность?

А.Ш.: Востребованность важна для всех, не только для художников. Художники, утверждающие, что им плевать на общественное признание, лукавят. То, что писатель я

кобы должен писать шедевр в стол - чушь. Мы все делаем для читателя, для зрителя, для славы. Согласно учению Зигмунда Фрейда, это идет из детства, из недолюбленности, одиночества. Это обостренное детское чувство.

Что бы я не делал, я хочу, чтобы люди пришли посмотреть на мои работы, чтобы они им понравились. Если они еще и деньги принесут - вообще отлично. В конце концов, если не будет денег, я не смогу потратить месяц на написание картины.

А известность… Есть выражение – «широко известный в узких кругах», мне кажется оно верное.

Вы чувствуете разницу в своем отношении к картине в случае, когда пишете ее для себя и когда работаете по заказу?

А.Ш.: Разницы нет. И потом, у меня интеллектуальный круг заказчиков.

ХОТИМ СДЕЛАТЬ ТАЛАНТЛИВОЕ МОДНЫМ

Каким признанием своего творчества, победой в конкурсе или премией вы дорожите?

А.Ш.: В прошлом году картина «Полет бабочки» заняла 1-е место на Фестивале славянского искусства в Берлине. Но мне кажется, к таким вещам нельзя серьезно относиться. Когда ты достигаешь какого-либо уровня, все эти награды становятся просто неким атрибутом имиджа. В Нижневартовске мужчина купил на нашей выставке несколько картин, потому что нашел в Интернете наши имена. «Своих»-то он не покупает…

А кто покупает «своих»?

А.Ш.: Самая интересная художественная среда сейчас в Перми - за годы культурной «движухи» там смогли воспитать поколение людей, которые чувствуют ценность искусства.

В Татарстане ментально не чувствуют цены предметов искусства. Люди не возьмут искусство даже бесплатно, не говоря уже о том, чтобы купить картину за 10 тыс.


« Назад к списку новостей

Просмотров: 4676